Чехова, 16 - Кир Фадеев

– Не спится? – тихо спросил отец, бесшумно заходя в спальню.

Он кинул взгляд на нетронутую кровать и на меч в ножнах, лежащий на столе. Виджей почувствовал, как нахмурились густые отцовские брови, и оглянулся на него.

– Что тревожит твое сердце, сын мой? О чем ты хотел поговорить?

Виджей долго молчал, пытаясь облачить в слова свои ощущения. Затем произнес осипшим голосом:

– Я боюсь за Нагарджуну, папа. Мне кажется, его разум во власти темных мыслей.

– И что тому причиной? – поинтересовался отец, закладывая руки за спину. Он всегда делал так, когда думал или говорил о чем-то серьезном.

– Царевич сомневается в решении царя подарить Иле и Дармдару часть наших земель, – признался Виджей, глянув на отца. – Последние несколько дней он ведет себя очень скрытно, а сегодня…

Мальчик запнулся, вспомнив страшную гневную вспышку Нагарджуны.

– Что – «сегодня»? – подтолкнул его отец.

– Сегодня он даже не пошел со мной на фехтование, хотя всегда любил уроки боя от Йодхана, – закончил Виджей. И добавил: – Пап, я понимаю, завтра очень важный день и у тебя полно дел, но, может, ты поговоришь с царем об этом?

Викрам глубоко вздохнул, устремив взгляд на Абхат-мандир. И степенно кивнул.

– Хорошо, Виджей, я постараюсь найти время для этого разговора, – пообещал он. – А теперь пора спать. Я попросил выгладить твой парадный костюм.

– Спасибо, – устало сказал мальчик, обнимая отца.

Викрам взъерошил сыну волосы и улыбнулся:

– У меня есть для тебя подарок. Я хотел преподнести его завтра утром, но, думаю, сейчас он более уместен.

Отец достал из складок маленький расшитый золотом мешочек.

Следуя древней традиции, Виджей низко поклонился и принял подношение обеими руками. Он развязал шнурок и высыпал себе на ладонь горсть глянцевых черных зерен.

– Сармитовые семечки? – удивленно спросил он.

– Верно. Съешь парочку и запей водой, – посоветовал отец. – Они успокоят твой ум и сердце.

– Это очень дорогой подарок, – не удержался Виджей.

Отец усмехнулся, расправляя полы своего шервани:

– Ты не переставал радовать меня в последнее время. Все учителя в один голос хвалят тебя. А похвала мудрейших многое значит. Я горжусь тобой, Виджей.

Мальчик просиял и еще раз поклонился.

Викрам обнял сына, поцеловал его в макушку и вышел из комнаты.

Оставшись в одиночестве, Виджей, не раздеваясь, присел на кровать, положил на ладонь два черных зернышка, но так и не решился их проглотить. Он сунул семена в нагрудный карман рубашки, а золотой мешочек убрал в ящик стола и лег спать.

Мальчик не знал, сколько времени он проспал, но, когда он открыл глаза, за окном было по-прежнему темно. Виджей поднялся, тряхнул головой, прогоняя сон, и прислушался. В комнате для гостей на втором этаже кто-то громко разговаривал. Виджей узнал голоса отца и нескольких слуг. Мальчик поначалу хотел спуститься к ним, но внезапно услышал цокот копыт на улице.

Он выбежал на балкон и разглядел в темноте спешащего к дому одинокого всадника. Наездник явно не жалел скакуна, нещадно орошая его бока ударами плети. Когда гонец спешился и бегом направился к воротам особняка, в груди у Виджея похолодело.

Он всмотрелся в утреннюю дымку, окутавшую царский замок и увидел бледно-красные огни на сторожевых башнях.

Абхат-мандир был поднят по боевой тревоге.

Глава 2

Не теряя драгоценных секунд даром, мальчик схватил со стола ножны и перекинул ремень через голову. Наручи и перчатки пришлось надевать на ходу, спускаясь по главной лестнице в холл.

– Господин Викрам! – кричал запыхавшийся слуга, врываясь в дом. – Советник! Беда!

Отец Виджея быстро сбежал по ступенькам и схватил гонца за плечи.

– Что случилось? – Голос его был напряженным и сильным. – Говори же!

– Кто-то напал на покои царя, господин. Личная охрана Его Величества пропала без вести.

Слуга мелко задрожал и всхлипнул. Лицо его покрылось испариной, а ноги подкосились. Только теперь под окровавленными складками плаща стала заметна дыра в боку.

Викрам придержал гонца и с силой встряхнул:

– А царь? Царь жив?

Посланник попытался что-то сказать, но глаза его закатились, и он обмяк.

Виджей, наблюдавший за этой сценой сверху, перепрыгнул через перила, оказавшись в двух шагах от отца.

– Папа… – надломленным голосом позвал он.

Лицо Викрама побледнело, на лбу залегла глубокая складка. Он раздумывал не более секунды, а затем громко скомандовал столпившейся в проходе прислуге:

– Коня мне, живо! И вызовите лекаря для этого бедолаги!

Кто-то из лакеев опрометью бросился к конюшне. Женщины-кухарки склонились над телом гонца, проверяя пульс и осматривая рану. Из толпы оставшихся слуг вышел широкоплечий Бирбал, сражавшийся бок о бок со своим господином еще во времена Завоеваний.

– Я поеду с тобой, – настойчиво сказал воин.

– Нет, – отрезал Викрам, скидывая с себя домашние одежды и облачаясь в принесенный кем-то походный плащ. – Ты останешься с моим сыном здесь…

– Но отец! – встрял в разговор Виджей.

– Даже не думай, сын! – рявкнул Викрам. – Тебе там делать нечего!

Еще ни разу в жизни Виджей не видел отца таким сосредоточенным и суровым. В голосе его ясно слышались нотки испуга и даже паники. Это заставило мальчика отступить.

Воздух в комнате внезапно стал густым и тяжелым – отец призывал магию, пробуждая защитные заклинания особняка. Картинка за окном дрогнула и поплыла. Каменные своды дома медленно затянула тонкая магическая пленка.

Закончив с колдовством, Викрам повернулся к Бирбалу.

– Береги его, – глядя в глаза воину, сказал он. – Увези подальше, если будет нужно.

– Ручаюсь жизнью, – кивнул в ответ вояка.

Они положили руки друг другу на плечи в братском жесте. Затем отец прижал к себе Виджея, прикрыл веки, произнося мантру.

– Пап, пожалуйста… – начал было мальчик.

– Не делай глупостей, сынок, – перебил его Викрам. – Я вернусь, как только все успокоится. Будь с Бирбалом и не выходи из дома, хорошо?

Не дожидаясь ответа, советник царя запахнулся в плащ и выбежал во двор.

Бирбал проводил его хмурым взглядом и повернулся к оставшейся в холле прислуге:

– Все, кто способен держать клинок, вооружитесь и стерегите дом. Возможно, в городе начнется мятеж, и кто-то захочет напасть на нас. Выставите стрелков на крышу, оцепите периметр. И будьте начеку.

Воин опустил глаза на Виджея и тепло улыбнулся в седую бороду.

– Ты слышал наказ отца, дружок, – сказал он, – так что из дома ни ногой. Пойдем-ка, дождемся его в библиотеке…

Учитывая, что Бирбал был в два раза выше и в четыре раза шире Виджея, спорить не имело никакого смысла.

Пока старый вояка просил кухарок приготовить им чай со сладостями, мальчик обдумывал варианты побега.

Бирбал жил в их доме с самого заселения и служил его отцу верой и правдой. На первых этапах обучения он учил Виджея основам кулачного боя и военной стратегии. Потому мальчик прекрасно знал, что, несмотря на свои внушительные габариты, Бирбал наделен немыслимой для обычного человека реакцией и обостренным восприятием. Сбежать от него незаметно было просто невозможно.

Трясясь от негодования и злобы, Виджей влетел в библиотечный зал и швырнул перчатки на ближайший столик.

– Ну-ну, – миролюбиво сказал вояка, входя следом, – не горячись так. Твой отец талантливый воин и не менее искусный маг. Я уверен, он сможет защитить царя.

– Если тот еще жив! – сгоряча выпалил Виджей.

Бирбала передернуло. Желваки на его могучей челюсти заиграли так, что это стало заметно даже сквозь густую бороду. Он недовольно крякнул, но промолчал.

А вот Виджей молчать не собирался:

– Ты видел рану того несчастного? Его поразило заклинание, а не клинок. Мы отправили отца одного в самое пекло! Простишь ли ты себе, если с твоим господином что-то случится? Ведь он тебе как брат!

– Он отдал мне приказ! – твердо сказал Бирбал. – Уже не раз приказы твоего отца спасали меня и его войска от гибели. Почему же сейчас я должен ослушаться?